19.11.2003

Хотим домой!

Сегодня об Ингушетии грезят сотни русских, покинувших республику в период политической и экономической нестабильности

Сбежав на историческую родину, многие столкнулись не только с равнодушием местных властей, но и враждебностью соотечественников. «Понаехали тут!» и «Кто вас сюда звал?» - еще не самое обидное, что кидали в лицо переселенцам. Однако русские рвутся в родные места не только из-за ностальгии. Большую роль играет политика президента Ингушетии Мурата Зязикова.

«Они не знают сострадания»

«Уважаемый господин президент!

Прошу вас помочь вернуться в родные края. Мы все оставили и переехали в Ставропольский край. Не хочу описывать, сколько унижений, страданий мы пережили. Здесь люди не знают сострадания. Мы - уроженцы станицы Слепцовской, там наши бабки и деды похоронены... Наш отец Логачов Иван Елисеевич погиб в Великую Отечественную. Но мы, его дети и внуки, оказались нигде не нужными... Моя старшая дочь, ей 30 лет, прекрасный воспитатель, ее муж в совершенстве владеет компьютером, отремонтирует любой телевизор. Другой дочери - 23 года, заканчивает университет. Я - бывшая медсестра, сейчас на пенсии, мне 63 года... Если даже на всех нас дадут одну комнату, мы будем безмерно благодарны!

С искренним уважением Браташова Мила Ивановна. Ставропольский край, город Новопавловск, ул. Чехова, 13».

...Мы сидим у зам. главы Сунженской районной администрации Галины Губиной и читаем письма от русских, покинувших эти края. Станицы Орджоникидзевская (Слепцовская), Троицкая и Нестеровская Сунженского района Ингушетии были основаны казаками еще в 40-х годах позапрошлого века. Русские, населявшие их, два столетия прекрасно ладили с местными ингушами, корейцами, армянами, цыганами и чеченцами. А в 90-х годах прошлого века большинство славян покинули родные места.

- Я родилась в Слепцовской, - рассказывает Галина Степановна. - И знаю, что таких отношений, как у нас, на Кавказе, нет нигде! Гостеприимство и взаимовыручка поразительные! Здесь никогда не побиралась ни одна старушка. А с ингушами мы всегда жили, душа в душу. Но в 90-х годах грянул осетино-ингушский конфликт, приехали беженцы, в Чечне к власти пришел Дудаев. И поползли слухи о том, что русских скоро выгонят, и будет война. Многие тогда сорвались с насиженных мест. На вырученные от продажи имущества деньги покупали в соседних регионах первые попавшиеся халупы без света и отопления. А потом оказалось, что и работы там нет, и местные приняли наших в штыки...

Галина Степановна вытаскивает из кипы другое письмо, тоже из Новопавловска (ул. Северная, 20). «Здесь жить не можем! Помогите вернуться!» - обращаются к президенту Ингушетии уроженцы Нестеровской Виктор и Надежда Царевы. Они согласны ехать даже в строящийся поселок Берд-Юрт, где пока нет ни одного русского.

- За год в район вернулось 37 семей. Все они поставлены на жилищную льготную очередь. Еще 200 заявлений поступило от желающих вернуться.

Гей, славяне!

Читаем список очередников: Бойцова, Ильиченкова, Заруднев, Нагорная, Мироненко, Воронцов, Дубовик, Сидельникова, Гусева, Степаненко, Бородина, Золотарев, Титов, Иванова... 37 фамилий. Народ самого продуктивного возраста -28 - 40 лет, из Ставропольского и Краснодарского краев, Чечни и Украины. Есть даже семья корейцев. Все -бывшие жители Ингушетии.

- Многим семьям на средства республиканского бюджета уже купили квартиры, - говорит Губина. - За последний, год в районе трудоустроено 200 человек. Раньше многие трудились в сельхозкооперативе «Казак». Сейчас наша администрация и руководство республики заняты возрождением этого предприятия, но уже под названием «Славянка». Там планируем трудоустроить около 300 человек. «Славяне» будут заниматься выращиванием и переработкой сельхозпродукции - чем раньше и занимались казаки, а также строить жилье.

Но пока сил и средств одного района и даже всей республики недостаточно для того, чтобы помочь всем желающим вернуться и обстроиться.

- Президент Ингушетии выступил инициатором целевой программы по возвращению лиц, ранее проживавших в Ингушетии. Если наша программа станет частью федеральной и получит финансовую поддержку правительства России, возвращение русских станет массовым. Мы будем этому только рады! - сказал нам глава администрации Сунженского района Ахмед Накастоев.

Машинка на память

...Зарудневы - одна из семей-счастливчиков, которым в Орджоникидзевской купили квартиру. Хозяйка - 40-летняя Галина - оказалась общительной. Мать троих детей рассказала нам, что работает агрономом в семенной инспекции, муж - водитель. Зарплаты не ахти какие, но выручает хозяйство - корова, кролики, огород. Оба родились и выросли здесь, но в середине 90-х продали дом и подались в Ставрополь.

- Поселились у подруги. За четыре года в городе так и не прижились. Вернулись в станицу. Год снимали квартиру, еле сводили концы с концами. Хотели опять куда-нибудь уезжать, но... нам купили жилье! Не знаю, как и благодарить президента, администрацию района за то, что у нас есть свой угол! - Галина радостно улыбается. - Притеснений на национальной почве никогда не было. Здесь мы дома. Церкви наши, слава Богу, стоят, и новые закладываются. Сама не знаю, зачем мы отсюда сорвались... Больше никуда не поедем!

ИЗ ПЕРВЫХ УСТ

Президент Ингушетии Мурат Зязиков:

-Интернациональные традиции Ингушетии славились на всем Северном Кавказе. А русские, жившие здесь, уехали исключительно по вине политиков. Мы должны помочь им вернуться. Только проживая совместно, народы взаимообогащаются и развиваются во всех отношениях. И в каждом конкретном случае «бытовой интернационализм» идет на благо России. Я глубоко убежден, что у мононациональной республики нет будущего, она никогда не сможет полноценно развиваться. Местная церковь - ровесница самой станицы. После вечерней службы отец Варлаам Пономарев ведет нас к строящемуся храму.

- Деньги выделил президент Ингушетии Мурат Магометович Зязиков. Он приезжает на православные праздники, помогает от чистого сердца. На Пасху прихожанам «Газель» подарил...

-Батюшка, говорят, вы прибыли со Ставрополья. Не страшно было ехать в мусульманскую республику?

- Страшно, - признается иеромонах. - Но приехал и поразился: тут все спокойно. Здешний народ мне понравился, нашел я с ним общий язык. И храмы здесь нужны. Они - как магнит, заставляющий одних остаться, других - вернуться...

Рядом с церковью - добротные дома. Заходим в ближайший. Хозяйка - ингушка Тамара Албакова - сильно смущается, но рада гостям.

- Я здесь живу уже 25 лет, - рассказывает женщина. -Раньше нашу улицу Пионерскую населяли только русские. Когда уезжали, плакали и мы, и они. Как сейчас помню: Моисеевы, Литвиновы, Сапрыкины... Уехали, и жизнь остановилась… Пусть возвращаются, все рады будем! Это их родина. Мы дружно жили, доверяли друг другу. Вся улица мне ключи на хранение носила. Перед отъездом соседка Люба Моисеева сильно болела, и я кровать в своей комнате напротив ее окон поставила. Она махнет рукой, я бегу «Скорую» вызываю. А когда уезжала, позвала меня. «Вот, Тамара, тебе швейная машинка и два стола». У самой две дочки. Я говорю, мол, девчатам пригодятся. А она: «Бери. Пусть тебе память будет». Недолго прожила на чужбине, умерла недавно. Говорят, тосковала по родным местам...

МЕЖДУ ТЕМ

Сегодня Ингушетия - единственный субъект среди северокавказских республик, где реально и открыто стремятся к возвращению русскоязычного населения. Это тем более существенно, что этнополитическая ситуация на Кавказе в целом для русских складывается неблагоприятно. В этой связи Ингушетия становится одним из геополитических рычагов в восстановлении мира и стабильности на Северном Кавказе.

С.Емельянова, «Комсомольская правда», 19.11.2003 г., №214 (23159)

Фотогалерея